Моя жена Лена — училка. Нет, чтобы быть училкой недостаточно только работать в школе. Нужно быть училкой в душе. Ее медом не корми — дай только кого-нибудь повоспитывать. Вот и сейчас она воспитывает своего братца. Я лишь только дверь раскрыл, сразу понял по шуму из зала, кто сегодня попал под раздачу. В такие моменты лучше на ее пути не становиться, достанется по первое число. Сразу вспомнит, что утром мусор не вынес, что за телефон не заплатил и еще добрую сотню грехов, которые успел совершить за последний месяц.

Поэтому тихонько иду на кухню в надежде вытащить из кастрюли кусок мяса и насладиться им в благостном уединенном спокойствии.

Антон, ее брат — студент. Он живет у нас уже третий год. Хлопот, в принципе не доставляет, но Лена так не считает.

Как-никак, он на восемь лет младше нее, и она чувствует себя ответственной за его воспитание. Угораздило же его вчера домой пьяным в три часа ночи явиться, да еще с подсвеченным глазом. Видно, продрых весь день, а теперь вот получает кундюлей от нашей воспитательницы.

— И когда ты за ум возьмешься?! Вроде уже и взрослый человек, а мозгов не нажил!

— Не тебе судить, нажил или не нажил!

Ну, надо же, еще и огрызается. Отважный парнишка, отважный. Видно она давно уже ему морали читает, раз его это начало доставать. Обычно Тоха героически все выслушивает, отшучивается и старается куда-нибудь свалить побыстрее. Да я и сам той же стратегии придерживаюсь. С ней спорить — себе дороже.

— Уж мне-то как раз и можно судить. Я же тебя как облупленного знаю. Тебя если в зад не пинать, совсем опустишься. На учебу забил, одни пьянки-гулянки на уме! Небось, опять у этих потаскушек болтался?

— Какие еще потаскушки?! Мы к экзамену готовились, ну, и выпили немного за начало сессии.

— Ты помаду с себя бы оттер сначала, а потом спорил. И духами от тебя за километр разит. Вот расскажу все Татьяне, будет тебе свадьба.

Это она зря, по-моему. Знает же, как Антон на такие вещи болезненно реагирует.

— А вот сюда, ты свой нос не суй!

— А то что?

Ехидный смешок. Ух, так и врезал бы, будь она мужиком. Ну, давай, Тоха, я на твоей стороне, поставь ее на место.

— В ебало получишь, вот что!

Вот это круто! Тоха, мои аплодисменты.

— Ах ты, щенок! Да я ж тебя одним пальцем раздавлю, Будто я не знаю, как ты меня боишься. Чтоб ты на сестру руку поднял?! Ха-ха три раза!

Ох, заведет она его, чувствую, придется все-таки мне вмешаться.

— Подниму, если нужно будет, не переживай. И не только руку.

— Ой-ой-ой! Я прям вся и испугалася! А что же, ногу? Или ты мне своим членом пригрозить решил? Иди, вон сучкам своим пригрози!

— Ногу, ногу. А член не надейся. Он еще и не встанет на такую старушку.

Хам! За это можно и от меня отхватить. Единственное, что утешает, то, что я-то цену его словам знаю. Сколько раз видел, какими блестящими глазами он на нее поглядывал. Ленка сейчас в самом соку. Вот только юмора такого она никогда не понимала. И сейчас, видно, не поймет.

— Свинья! Урод! Убирайся отсюда, чтоб духу твоего здесь не было!

Слышно, как она пытается молотить Антошку кулаками. Пойти разнять что ли? Впрочем, и сам большой, справится. Звуки ударов постепенно переходят в звуки возни, крики в напористое сопение. Видно перешли на борьбу. Логично. А как с ней иначе справиться? Пойду, посмотрю поближе, что там у них творится. Дверь в зал приоткрыта. Брат с сестрой барахтаются на разобранном диване. Антошка сверху, что и следовало ожидать. Куда ей с его силенкой тягаться. Боролся я с ним пару лет назад в шутку. Уложил, конечно, но парнишка крепкий. А за последнее время еще больше возмужал, регулярно в тренажерный зал ходит. Но у Ленки характер. Она так просто не сдастся, до последнего будет выкручиваться. Кряхтит, матюкается сдавленно, но пока ничего не выходит. Не любит она проигрывать, ни в чем не любит проигрывать. Вот довыкручивается ведь, что одежду порвет. Точно, трещит что-то, кажется, пуговки одна за другой отлетают. Елки-палки, грудь вывалилась! Так она сегодня без бюстика?! Красивые у нее грудки, черт побери. Аж интересно, как Тоха отреагирует, когда увидит. Он пока за ее спиной руки пытается вывернуть. Плюнул на это занятие, снова навалился всем весом, обхватил корпус, пытается руку поймать, шарит под Ленкой. Вдруг замер, видно на голую грудь рукой наткнулся. Наверное, растерялся слегка и ослабил хватку. Ленке только этого и надо. Она змеей выскользнула из-под брата и залепила ему звонкую оплеуху. Вот это затрещина! Забавно он, наверное, сейчас смотрится: под глазом фингал, на щеке краснющая отметина от Ленкиной пятерни. Жаль, не вижу со спины. А Ленка-то как хороша! Волосы взъерошены, глаза горят, кофточка распахнута, грудки торчат, видно возбудилась во время возни. Даже запахнуться не пытается, приготовилась к наступлению. Если Тоха так и будет столбом стоять, точно глаза ему выцарапает. Ну, прямо сцена из вестерна: замерли, в глаза друг другу глядят, ждут, кто первый револьвер из-за пояса выхватит.

Видно, что Антошке не хочется нарушать эту гармонию, так и смотрел бы на сестру, не отрываясь. Но Лена, наконец, не выдерживает. Прыжок. Антон разворачивает ее в воздухе и опять оказывается наверху. Все-таки вес больше, от этого никуда не денешься. На этот раз они лицом к лицу. Антон крепко прижал Ленкины руки к дивану, пользуется своим положением, чтобы передохнуть и полюбоваться открывшимся его взору пейзажу.

— Ну, что вылупился, в первый раз сиськи голые увидел?! Отпусти сейчас же, а то снова по роже отхватишь!

— А если отпущу? Тоже отхвачу?

— А ты как думаешь?

— Ну, тогда пока так полежи.

Ленкины попытки вырваться тщетны. У Антона руки сильные, фиг вырвешься. Он долго держать сможет, пока она не успокоится. Вот только сомневаюсь я, что сам эту картину долго выдержит. Я бы не выдержал, сто пудов. Обнаженные грудки манят, как магнит. И точно, не выдержал, наклонился, губами к соску потянулся. Вот, стервеныш! Но я его прекрасно понимаю.

— Ты что же это, сучок, делаешь! Забыл, что я сестра твоя, что ли?!

Ленка трепещется, пытаясь освободиться, от чего груди приходят в движение и быстрыми волнами трясутся, еще больше возбуждая Антона. Наконец, он захватывает губами сосок и начинает его легонько посасывать.

— Прекрати, Антон, слышишь! Прекрати сейчас же!

Возмущается, а сама, наверное, давно уже потекла от ожидания. Тоха отрывается от своего занятия и резко заводит ей руки за спину.

— Лежи спокойно, целее будешь.

Одной рукой удерживая Ленкины руки на запястьях, второй рукой он начинает стягивать с нее юбку вместе с трусиками.

— Ты что, совсем сдурел, Антошка, перестань, слышишь! Скоро Шурик с работы вернется, он тебе устроит.

Да здесь я, здесь. Но мешать не буду. Всегда мечтал посмотреть, как мою жену кто-то другой трахает. Но чтобы это ее родной брат был, такое мне даже во сне не снилось. Юбка с трусиками уже на коленках. Теперь несколько резких движений ногой и они на полу. Ловко он с ней управляется. Видно общажные потаскушки успели чему-то научить. А Ленка, хоть и дергается, для порядка, но видно, что не очень старается. Если бы сильно захотела, давно бы уже вырвалась. Тоха все груди уже облизал, свободной рукой, гляжу, между ног Ленкиных шарит.

— Антон, хватит! Я последний раз предупреждаю, хватит!

А у самой аж дыхание перехватывает. Антон осмотром ее пещерки уже удовлетворился. Наверное, посчитал, что там уже достаточно мокро, полез свою ширинку расстегивать.

— Антон, не смей! Пошел вон, извращенец!

А сама ножки-то раздвигает. Вроде как под напором, вроде сопротивляясь, но раздвигает. Долго тут раздумывать не стоит. Если щелка в пределах досягаемости, смело всовывай, а то опомнится — останешься с носом. Но Антон и сам это понимает. Пока он лишь давил размеренно, отвоевывая миллиметр за миллиметром, но вот делает тазом резкое движение вперед. Кажется, цель достигнута.

— Ах ты, козел, пидор вонючий!

Ленка выгибается от неожиданности и разражается отборным матом. Значит, ей нравится. Она всегда матерится перед тем как кончить. И правда, затряслась вся. Немного же ей хватило. Я обычно по полчаса ее трахаю, прежде чем добиться от нее такого оргазма. Антон, похоже, не ожидал такой прыти и ослабил свой захват. Тут же кулаки градом замолотили по его спине. Ну, теперь берегись, Тоха, в таком состоянии ее удержать очень трудно. Я потому и предпочитаю ебать ее сзади, что она в приступе оргазма себя совершенно не контролирует. Синяки и царапины обеспечены. Но и он не лыком шит. Дав Ленке потрепыхаться вволю, спустить пары, он наваливается на нее всем телом, и она постепенно затихает. Интересно, он сам кончить хоть успел? Раз член не вынимает, значит, нет.

— Ну, слазь, давай! Развалился, как на пляже.

Голос у Ленки уставший, но удовлетворенный. Хоть она и пытается изобразить злость, но злости в ее голосе не чувствуется.

— Подожди, сестренка, тебе еще отсосать у меня придется.

Вот это молоток, так с ней и надо. Правильно, Тоха, не давай ей опомниться.

— Да ты совсем охренел, что ли?! Ты за кого меня принимаешь?!

— Мне терять нечего. От Шурки получу по морде, конечно, если расскажу ему все, но тебе точно больше достанется. Может и на развод подать.

Притихла на время. Соображает, прикидывает, так ли оно будет на самом деле. Да я и сам не знаю, как оно будет. Могу посмеяться и усесться чай пить с обоими, а могу и убить. Это какая шлея под хвост попадет. Она, видно, к такому же выводу пришла, решила не рисковать. Хотя понимает ведь, что нифига он мне ничего не расскажет. Что же он совсем идиот, что ли?

— Подонок ты, братец:. Вынимай свою дубину.

— Ты точно успокоилась?

— Да не бойся ты, не откушу. Брат все-таки, хоть и подлюка.

Антон, кажется, и сам не ожидал, что она так легко согласится. Он осторожно приподнялся над Ленкой и все еще недоверчиво поглядывая на сестру с громким чпоканьем вытащил свое орудие. Трахнув сестру, и так удачно договорившись о продолжении, теперь он казался слегка растерянным. Наверное, его удивляло поведение Ленки. Он ожидал борьбы, яростного сопротивления, а тут вдруг такое подозрительное спокойствие.

— Ого, какой здоровый!

Лена присела рядышком и округлила глаза.

— Ты знаешь, Антошка, у меня до этого и мужиков кроме мужа других не было. Я вот так близко только его член и видела. Можно потрогать?

Антон сглотнул слюну и молча кивнул. Неужели, правда, будет сосать? Без особого принуждения, считай, почти по собственной воле. Тоха сидит напрягшись. Представляю, как там у него внизу живота щекочет. Хуище подрагивает. Действительно большой, сантиметра на два длиннее моего будет и в диаметре толще. Весь красный, еще от Ленкиного влагалища не остыл. Ленкина рука тянется к нему как в замедленной съемке. Да не закрывай же телом своим! Самого интересного не увижу! Как будто услышала мою просьбу, пересела. И ей удобнее и мне обзор открылся. Потрогала член аккуратно и всей ладошкой его обхватила. Даже глаза закрыла от наслаждения. Теплый, наверное, да еще шевелится. Кто бы мой так сейчас подержал. Ну, ничего, перевернется и на нашей улице грузовик с водкой.

А Ленка уже ниже наклонилась, ноздри раздуваются, запах нового члена впитывают. Хотя не такого уже и нового. Резкое движение, чмокнула в головку и отстранилась, хитро на Тоху смотрит искоса. А тот уже извелся весь, заерзал. Не терпится сестренке в рот поглубже забраться, но боится спугнуть. Ну, давай же, Ленчик не тяни, прикончи его быстрее, а о тебе я еще позабочусь «когда с работы приду».

Лена складывает губы бантиком и снова приближается к члену. Целует его нежно, с наслаждением, аккуратно переходя от одного места к другому, спускается по стволу вниз и зарывается носом в густой шевелюре, снова поднимается к вершине. Теперь самое время язычку в ход пойти. Да что я тебя учить, что ли буду? Ты же у меня умница, все знаешь, все умеешь. Вот так, правильно, проворный язычок выбирается из укрытия и слизывает выступившую на головке капельку влаги. Замирает, старается на вкус распробовать, улыбается, видно понравилось. Пора приступать к более решительным действиям. Тошкина голова запрокидывается, он не может удержать стон наслаждения. Головка и половина члена исчезает в горячем влажном рту сестры. Лена начинает делать головой поступательные движения, губы сомкнуты плотно, язык все время в движении. Мне очень хорошо видно, как головка Тошкиного члена иногда надувает, натягивает ее правую щеку и снова устремляется в глубину. Ленка сопит от возбуждения и ускоряет движения головой. Но долго она такого темпа обычно не выдерживает. Если он в ближайшее время не взорвется, придется избрать другую тактику. Видно, что удержать себя Антону очень трудно, но он справляется. Молодец, тем слаще потом будет. Лена выпускает член изо рта и моляще смотрит на него снизу вверх.

— Ну, что же ты? Или я плохо это делаю?

— Сомневаюсь, что у кого-то лучше получится.

— Так давай же! Чего терпишь? Я ведь тоже не железная.

— Подожди, давай по другому.

Антон поднимается и укладывает Лену поперек дивана головой на диванный валик, перекидывает через нее одну ногу и подносит член к лицу сестры. Та с радостью ухватывается за него обеими руками и направляет к себе в рот. Все это происходит рядом с дверью, практически в метре от меня. Сопение и причмокивания жены и невнятные бормотания ее брата заводят меня до предела. Я засовываю руку в карман и крепко сжимаю давно торчащий член. Нет, кончать я не собираюсь. Но впечатления становятся гораздо богаче. На моих глазах чужой хуй глубоко входит в рот моей жены, доставая ей, наверное, до самого горла. Я представляю, будто в моей глотке орудует такая дубина. И как она это терпит? Похоже, не просто терпит, а еще и весьма довольна происходящим. Одна рука сжимает разбухшую мошонку, время от времени перебирая яички, вторая крепко обхватила ствол у самого основания и не дает члену войти в горло до упора. В такой позиции больше двигаться приходится Антону. Он накачивает Ленкин ротик так, будто трахает ее во влагалище. Представляю, как у нее после таких трудов губы распухнут. Любит она это дело, хоть и устает быстро. Не удивительно, что она Антошкиному предложению противиться не стала. Помнится, возвращались с ней по темному после одной вечеринок, она еле на ногах держалась. Оттащила меня с тротуара на газон за дерево и прямо здесь же в брюки ко мне полезла. Всхлипывает, дурочка, говорит: «Таких как я называют хуесосками, ну и пусть, а мне все равно нравится». А сама на коленки становится. Мимо люди ходят, на звуки оглядываются, но темно, не видно ничего, а поближе подойти, посмотреть наглости не хватает, так и уходят все медленно, с сожалением. Я ей тогда все лицо и кофточку спермой залил, а у нас даже платка носового не нашлось, ни у нее, ни у меня. Размазала все кое-как, и домой побежали, благо рядом уже были.

На этот раз Ленка твердо решила брата до конца довести. Смотрит на него снизу. Я очень люблю ей в глаза смотреть в момент, когда она мою штуку себе в рот запихивает. Антону, видно, тоже нравится, оторваться не может. А она в это время той рукой, что его яйца теребила, дальше между ног ему лезет. Мне не видно, но, судя по Тошкиной реакции, она ему палец в задницу засунула. Он дернулся сначала, какое-то недовольство по лицу промелькнуло, но потом вдруг выгнулся, закатил глаза и начал совершать мощные толчки тазом. Если бы Ленка его рукой не ограничивала, он бы ее насквозь продолбил, наверное. Пошел процесс. Антоново рычание в комбинации с мычащими стонами Ленки — божественная музыка. Сумеет она всю его сперму проглотить? Нет, не хочет, сделав несколько глотков, она слегка отталкивает его от себя. Член вываливается изо рта и, качаясь орошает белой жидкостью окрестности. Некоторые капли долетают до двери, за которой я укрываюсь, но большая часть остается на Ленкиных щеках и шее. Она еще продолжает дергать Антонов член у основания, выдаивая его до конца. Наконец, Антон отстраняет ее руку и валится на диван. На какое-то время воцаряется тишина.

Я уже собираюсь потихоньку выбраться из дома, чтобы через полчасика инсценировать свое возвращение, делаю на цыпочках несколько шагов по направлению к входной двери, но вдруг слышу тихий Ленкин голос.

— Антош, я еще хочу.

Так, пожалуй, рановато я засобирался.

— Ты что, сама же говорила, что Шурик скоро прийти может.

— Да ты не бойся, он часто задерживается. Если что, успеем, ты сделаешь вид, что спишь, а я быстро в ванную прошмыгну.

Да ты ж моя ненасытная. Давно на тебя такого не находило. Ладно, посмотрим, что дальше будет. Лена вскочила на четвереньки, изогнулась по-кошачьи и покрутила перед Антоном своей аппетитной попой.

— Аль не хороша?

Ни один мужик не в состоянии так выгибаться, да и многим женщинам моя жена в этом даст сто очков вперед. Лицо еще блестит от невысохшей спермы, в глазах бесовские огоньки, а тело медленно, томно и изящно движется, заманивая и притягивая к себе.

Ну, что, Тоха, неужели устоишь? Какой там! Вскочил как миленький, попку поглаживает, постепенно спускаясь к ее пещерке. Там, похоже и не просыхало с самого начала. Антон быстро пристраивается сзади и без труда загоняет своего красавца. Ленка охает, урчит и ложится на руки, выставив вверх свои прелести.

— Пощекочи меня там пальчиками, только аккуратно.

Антон опирается одной рукой на диван, другую запускает Ленке между ног, захватывает с места, где елозит его пушка, побольше влаги и нежно размазывает ее по клитору. Ленка поднимает голову, стонет от наслаждения, и начинает активнее подмахивать своим задом. Тохе быстро надоедает стоять, полусогнувшись, он выпрямляется и просовывает руку под своим членом. Так тоже можно достать куда нужно. Влаги очень много. Он размазывает ее по ягодицам, не забывая заглянуть и между ними. Видно, вспомнив о том, что делала с ним сама Ленка, аккуратно массирует колечко ануса. Это она тоже любит, но только пальчик. Мне еще ни разу не удавалось трахнуть ее в задницу. Может сейчас Антошке удастся ее раскрутить на анал? Держу пари, что он попытается это сделать. А пока там орудует его средний палец. Ленка выгибается и учащает движения, она уже на грани, и вдруг Антон резко выходит из нее.

— Ты что?! Идиот?! На самом интересном месте!

Ленка злится не на шутку. Никто не любит, когда его лишают сладкого, а она за это может и по роже заехать.

— Не переживай, сейчас продолжим.

Тоха вновь приближает к ней свой член и начинает размеренно водить вверх-вниз по ее верхним губкам, лишь слегка погружая в них головку. Ленка успокаивается и обмякает в истоме. Антон водит членом все размашистее, выходя за пределы влагалища, потом поднимает плечи сестры от дивана и притягивает ее к себе. Лена закидывает наверх руки, заводит их за голову и обнимает его за шею. Перемена положения ей тоже нравится, но вдруг она дергается, пытаясь вырваться из Антоновых объятий.

— А вот этого не надо, этого я не люблю!

Антон еще крепче держит ее за талию.

— Какая тебе разница, палец там или член?

— Большая! Сказала, нет, значит, нет. Или ныряй обратно, или вообще завязываем с этим.

Но Антон так просто от своей затеи не отказывается. Резким движением он валит сестру на диван и опять прижимает ее своим корпусом. Кажется, сейчас все начнется с начала.

Ленка озлобленно вырывается, но делать на животе это очень неудобно. А Антон, усмехаясь, пытается засунуть ей оружие в заднюю дырочку.

— Расслабься, тебе же легче будет.

— Слезь с меня скотина, я же сказала, что мне это не нравится!

— Зато мне нравится.

Антон нажимает сильнее. Хорошо, что успел заранее пальцем разработать, да и смазал уже слегка. Ленка продолжает выкручиваться, но, кажется, головка уже прошла, теперь ее дерганья только помогают Антону.

— Уйди, козел, уйди, больно же!

Тошкин член, наконец, до конца входит в узкое отверстие, и он чувствует себя уже более уверенно. Теперь уже можно не отвлекаться. Он хватает Ленкины руки и, распластав их по дивану, прижимает сверху своими лапами. Полежав немного, давая Ленкиной попке привыкнуть к новым ощущениям, он начинает движения. Сначала медленно и размеренно, потом все быстрее. Ленка орет уже во весь голос, видно, ей и правда больно. Но постепенно ее крики становятся более протяжными.

— Сука, пидор, что же ты делаешь, сволочь?!

— Как что? В зад тебя трахаю, а ты не заметила?

Конечно, теперь можно и пошутить, никуда она уже не денется.

— Я знаю, ты дуру из меня не делай! Где твои руки?!

Тоха в недоумении замедляет движения. До него, наконец, доходит, что Ленка смирилась со своим положением и тоже хочет получить в сложившейся ситуации удовольствие. Он отпускает ее руки и, продолжая удерживать сестру за талию, переваливается на бок. Одна из его ладоней быстро находит свое место на Ленкиной груди, вторая принимается за ее истосковавшийся клитор.

— А-а-ах, сладко ка-а-ак! Давай еще, еще! Еби меня в жопу, ты же этого хотел! Давай, быстрее!

Ленка трясется мелкой дрожью, сейчас последует взрыв.

— Да! Да! Да! Так! Так! О-о-о-о-о-о-о-о-о!

Антоха тоже не выдерживает и присоединяется к ее крикам.

— Ах ты, ебливая сучка! Тебе это нравится, нравится, да?! Так получи! Получи!

Он загоняет свой член с каждым ударом все сильнее и сильнее. Ленка уже не кричит, она беззвучно, как рыба хватает ртом воздух. Я будто чувствую, как каждый толчок наполняет ее зад новой порцией спермы. Нет, этого я вынести больше не в состоянии. Что-что, а держать себя в руках я умею. Нехотя оставляю постепенно затихающую парочку и, бесшумно выхожу из дому:

Уже ночью, укладываясь спать, спрашиваю у Лены между делом:

— Ну что там твой братец? Поговорила ты с ним о вчерашнем?

Она выдерживает паузу, наверное, прокручивает в голове все дневные события и отвечает:

— А как же, поговорила. Пусть только попробует хоть раз еще в таком состоянии заявиться. Я ему такое устрою, на всю жизнь запомнит!

— Ну, в этом никто не сомневается, — смеюсь я, валю ее на кровать и прижимаюсь к ее обнаженному горячему телу. Посмотрим, чему ты сегодня научилась.

Источник: «Стульчик.нет»


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars6 Stars7 Stars8 Stars9 Stars10 Stars (2 оценок, в среднем: 8,50 из 10)
Loading...Loading...





Прокомментируйте: